31 марта в клубе FBR собрался весь свет творческой, политической и бизнес интеллигенции. Поводом стало очень важное журналистское событие — юбилей журнала «Медведь». Важность события определила даже не столько круглая дата, сколько тот факт, что «Медведь» по сути явился пионером мужской глянцевой журналистики. Вышедший в 1995 году первый номер «Медведя» был первым номером первого мужского журнала в России. И вот уже 15 лет издание остается верным своему читателю, сохраняя статус уважаемого и авторитетного мужского журнала.
Приближающиеся праздники зачастую ставят в затруднение, ведь выбирая подарок для самых близких мы не просто дарим вещь, мы проявляем свою любовь, показываем, как они нам дороги.
Они не ходят на работу в офис, они не смотрят телевизор, они не берут кредиты на машины, потому что передвигаются по городу на велосипедах или пешком, у них другая мода и никому, кроме них, не известные кумиры, их занимает всякое старье, они презирают политику, но политика активно интересуется ими. Потому что они и есть новое поколение. То, что не присоединяется ни к «Маршу несогласных», ни к лагерю на Селигере. Свою единственную демонстрацию они назвали Монстрацией — в знак протеста против всех демонстраций вообще.
Фото Кирилл НикитенкоЕго статья «Как антисоветчик антисоветчикам» была посвящена конфликту вокруг шашлычной на Ленинградском проспекте, но стала сама по себе одним из ключевых политических сюжетов прошлого года. Оказывается, критиковать советских ветеранов нельзя, то есть можно, но в итоге у твоего дома будет стоять бессрочный пикет «Наших», а твое имя в пропагандистских СМИ займет место где-то между Власовым и Бандерой. О том, доволен ли Александр Подрабинек своей жизнью до и после той статьи, с диссидентом поговорил «Медведь».
Текст Олег Кашин. Иллюстратор Денис ЗильберВ спорах о «Школе», по-моему, смешались три пласта проблем — социальные, эстетические и педагогические; попробуем как-то разобрать этот пирог на коржи, потому что иначе запутаемся.
Дмитрий Быков
Он был хороший мальчик. Его очень любила мама. Папа тоже против него ничего не имел. В школе он подавал большие надежды. У него были грамоты за олимпиаду по физике и по настольному теннису.
Игорь ЯркевичСпособ достижения бессмертия, открытый Лужковым, прекрасен в своей простоте. Он взял исторический, культурный, политический, экономический бренд «Москва», соединился с ним, присвоил его, а затем произвел ребрендинг.
Наталия ОссПервое десятилетие ХХ века выдалось для России очень бурным. Террористы-революционеры убили двух министров внутренних дел, московского генерал-губернатора, десятки чиновников. Произошли: революция, массовые расстрелы рабочих, уличные бои в Москве. Была проиграна Русско-японская война. Появились декаденты. Свобода слова. Конституция. Парламент. Огромное количество газет. Политические партии. Новые привычки.
На этом фоне нулевые ХХI века явно скучнее. Хотя была чеченская война, террористы взрывали метро, захватывали школу и театр, и, конечно, у нас появились новые привычки, например ездить в Гоа во время экономического кризиса. Но событий явно меньше... Может быть, это и хорошо?
Мы попросили разных по возрасту, профессии и мировоззрению людей ответить на несколько вопросов о нулевых.
Перед вами — первые опыты.
Карен Таривердиев, сын знаменитого советского композитора Микаэла Таривердиева, не пошел по стопам отца. Он стал профессиональным военным, был майором ГРУ, воевал в Афганистане, не раз ранен, награжден боевыми наградами. Недавно исполнилось 30 лет с начала афганской войны. В интервью нашему журналу Карен Таривердиев рассказал о том времени.
Текст: СВЕТЛАНА ИВАНОВАМарианна Максимовская, ведущая еженедельной программы на РEН ТВ, одна из последних могикан независимого телевидения, расстается с эфиром. Такая новость не оставила нас равнодушными. Мы позвонили Максимовской и спросили: неужели правда?
Текст: СВЕТЛАНА ИВАНОВА. Фото: ДМИТРИЙ НАУМКИН. Визаж: ТАТЬЯНА КУДИНАСамый скандальный режиссер нашего времени — 25-летняя Валерия Гай Германика выбрала для интервью маленькое шумное кафе в центре города. Бледная, похудевшая, с темными кругами под глазами после съемок, она рухнула за ближайший столик у входа и сказала официанту: «Принесите мне зеленый чай, яда и маленький уютный гробик». «Может, водки?» — предложила я. «Нет, — отрезала режиссер, — я болею. Мой проект закрывают, гады!»
Текст: Светлана ИВАНОВА. Фото: Михаил КОРОЛЕВ